bulochnikov (bulochnikov) wrote,
bulochnikov
bulochnikov

Categories:

Ещё один прижился в США и делится впечатлениями.

Советская медицина была более эффективна, чем американская / Наш человек в США




Ещё по теме русских и США

Один первых выпускников медфака МГУ им. Огарева: «Многие пророчат конец Америки, но…»
Доктор медицинских наук Александр Сосунов об эмиграции в Штаты, разнице между российским и американским здравоохранением, обществе потребления, однополых браках и возвращении в Саранск

Он был в числе первых выпускников медфака МГУ им. Огарева, а сейчас является ведущим научным сотрудником Колумбийского университета – одного из лучших вузов США. За 13 лет, проведенных за океаном,Александр Сосунов познал не только тайны мозга, но и американскую жизнь.

Ещё наши люди в жизни и Новороссии


Александр Сосунов

В чем принципиальная разница между медицинскими системами России и Соединенных Штатов? Охрана здоровья по-американски – это бизнес или социальная поддержка населения? Куда заведет мир духовный лидер общества массового потребления — Америка?

Взгляд с самой высокой точки Манхэттена доктора медицинских наук, профессора Александра Сосунова в материале Ольги Ворониной.

Он родился 6 ноября 1950 года – накануне очередного празднования великого октябрьского переворота. Видимо, поэтому по жизни идет революционным путем… Из родной Рязани уехал в Западную Украину, где учился «на врача». В 1967-м перевелся на только что открытый медфак МГУ им. Огарева. «Горжусь тем, что был в его первом выпуске! – говорит Александр Сосунов. – В этом году исполнилось 40 лет, как мы покинули стены вуза. Очень жалею, что не смог приехать на встречу. Пользуясь возможностью, передаю всем друзьям и коллегам, студентам и преподавателям огромный привет и пожелания хорошего здоровья. Будьте счастливы!» После окончания университета Сосунов около 4 лет работал патологоанатомом в Республиканской больнице. Эта специальность в медицинской среде считается не престижной — большинство людей в белых халатах смотрят на нее «сверху вниз». Хотя окончательный диагноз ставит только патологоанатом. Но тяга к науке победила – Александр вернулся на медицинский факультет, где долгое время заведовал кафедрой, учил студентов и занимался исследованиями. А затем совершил новый «революционный переворот» – в 50-летнем возрасте уехал работать в США.


Александр Сосунов с супругой

США

— В Америку я попал на рубеже столетий – в 2000 году. Была ранняя осень – в это время года в Нью-Йорке еще стоит жуткая жара. Помню, на ум сразу пришли строки какого-то американского детективного писателя: «стояло ужасно жаркое и влажное Нью-Йоркское лето». До сих пор, как и многие другие приезжие, не могу привыкнуть к местному климату и ощущаю себя как в бане — здесь рядом океан и высокая влажность. А вот осень здесь прекрасная, весна тоже, правда, очень короткая — не более одной-двух недель… Почему уехал? Хотелось получить новые перспективы в работе и познать пределы своих возможностей. Матеральная сторона, конечно, тоже имела значение — нужно было содержать семью. Но все-таки главное желание – испытать себя в принципиально других условиях жизни. В то время я получил приглашение работать в только что созданной лаборатории Колумбийского университета, и решил не отказываться от такой возможности. Поначалу, конечно, было трудно, тем более что Колумбийский университет входит в группу элитных вузов страны, так называемую «Лигу плюща», в которой состоят Гарвард, Принстон, и еще пять известных частных университетов. С первого дня и до сих пор работаю на кафедре нейрохирургии медицинского факультета. При нем действует Пресвитерианский госпиталь – один из лучших в Штатах.

«С»: Александр, вы смогли адаптироваться в американском обществе?

— Полностью адаптироваться в социуме могут только те, кто в нем родился и вырос. Но понять правила жизни и поведения в чужой стране обязан каждый, кто избрал ее новым местом жительства. Я не гражданин США, но имею все права, кроме участия в выборах. Хотя этот статус надо мной не довлеет. Да им никто здесь и не интересуется. От коренных нью-йоркцев отличаюсь только акцентом, и поэтому меня часто спрашивают, откуда я родом. Для меня это хороший повод рассказать о России и Мордовии.

«С»: В чем принципиальная разница между российским и американским обществом?

— Мой взгляд не отличается от общеизвестной истины: Америка — страна индивидуалистов, каждый сам по себе и сам за себя, Россия — страна коллективной жизни. Наиболее ярко это проявляется в школе и вузе. Я никогда не стеснялся подсказывать и спрашивать помощи у других — так же поступало подавляющее большинство наших учащихся. Вообще для моего поколения коллектив значил больше, чем индивидуум. Американская психология иная. Здесь очень высок дух конкуренции, поэтому у школьников и студентов не принято подсказывать друг другу. А в целом, как и в любой стране, все определяется уровнем образования и общей культуры человека.

«С»: Удалось ли вам обзавестись друзьями?

— Новых друзей не так много, и в основном они русские. Хотя есть несколько хороших знакомых среди американцев…

«С»: Где вы живете сейчас?

— С самого приезда, вот уже 13 лет, живу в Нью-Йорке, в его историческом центре — Манхэттене. Точнее в его верхней северной части острова, которая называется Washington Heights. Буквально в нескольких десятках метров от моего дома, находится его самая высокая точка. Для меня это наиболее интересный и приятный для жизни американский город, потому что в нем есть и европейские, и азиатские, и российские черты. Это многонациональный мегаполис, где люди, подобные мне, не чувствуют себя иностранцами.

«С»: Чем вы занимаетесь в университетской научной лаборатории?

— Исследованиями мозга – самой высокоорганизованной материи во Вселенной. Как человеческий орган он наименее изучен. Патология мозга очень многообразна и часто бывает крайне тяжелой. Я занимаюсь в основном нейроглиальными клетками — астроцитами, которые поддерживают и регулируют работу нейронов (базовые клетки нервной системы. – «С»). Изучаю, как они изменяются при различных заболеваниях. Поскольку работаю в отделе нейрохирургии, то имею доступ к операционному материалу. Это позволяет получать ценнейшую информацию о нейронах больного человека без какого-либо вреда для него. Еще мы используем лабораторных животных — в основном мышей. У них можно относительно просто вызвать мутацию какого-либо гена и выключить его или, наоборот, добавить новый. Это позволяет выяснить функцию гена, объяснить патологию мозга человека и, соответственно, наметить пути лечения. С развитием науки и прогрессом в области медицинских исследований обнаружилось огромное количество новых заболеваний головного мозга. Они связаны с ошибками его развития в результате генетических дефектов. Так в психиатрии идет настоящий прорыв в познании природы шизофрении и других психиатрических заболеваний, о чем раньше нельзя было и мечтать. Но это уже отдельный разговор…


Здравоохранение

«С»: В советские времена во врачи шли, чтобы лечить. Сейчас, наверное, тоже, потому что зарплата российских медиков, не стоит даже затрат на учебу. А для чего в США человек поступает на медицинский?

— Я понимаю, о чем вы хотите спросить. Действительно США отличает очень высокая зарплата врачей, она намного выше, чем во многих других развитых странах. Но это одна сторона. Другая – рабочий режим врача здесь крайне напряженный, поэтому свои высокие доходы они получают не зря. Например, рабочий день нейрохирурга начинается в 6 утра (значит, на работу приходят еще раньше) и заканчивается часто в 9 – 10 вечера. Конечно, заведующий отделением заканчивает работу раньше. Но самый драконовский график у резидентов (аналог наших интернов), многие не выходят из госпиталя по нескольку дней подряд. Только сильные и целеустремленные могут выдержать такой темп, что и является своеобразным естественным отбором лучших. Правда, сейчас хотят принять нормативный акт, по которому резидент не может работать более 16 часов подряд. Что касается мотивации выбора медицинской профессии, то я много разговаривал по этому поводу со студентами, и врачами тоже. Большинство на первое место ставят сам интерес к работе, социальный престиж, и только потом материальный доход. Гораздо большие деньги можно заработать в бизнесе, банковской деятельности, юриспруденции, но выбирают профессию врача, чтобы лечить и заниматься наукой.

«С»: Трудно ли найти работу в США выпускнику-медику?

— В целом свободных мест достаточно. Все определяется квалификацией — результатами экзаменов и т.д. Трудоустроиться в хороший госпиталь, конечно, сложнее, но только потому, что на медицинском рынке высокая кадровая конкуренция. Найти место где-нибудь в глубинке, где даже оклады выше, намного проще. Тем более что потенциального работника там соблазняют дополнительными льготами.

«С»: В каких клиниках зарабатывают больше – в частных или государственных?

— В этом плане интересно сравнение частного госпиталя (не академического) и университетского (даже если он частный, как в Колумбийском университете). В частном высокие оклады — раза в 3 -4 выше, чем в академическом. Но работа как у станка — с утра до вечера, например, не отходя от операционного стола. В университетской клинике также высокая хирургическая активность, но одновременно идет работа со студентами, научные исследования. И конечно, здесь выше авторитет специалистов. Большинство врачей, которые работают в крупных университетских госпиталях, занимаются научной работой, многие из-за интереса, но одновременно для своего роста, как карьерного, так и профессионального. Вообще занятия научной работой очень распространены и являются неотъемлемой частью для успешной карьеры. По сути, американский врач учится всю жизнь. Сам учебный процесс для студента занимает 14-18 лет, поэтому диплом специалиста здесь получают к 35-40 годам. При этом такие специальности, как нейро- или кардиохирург требуют как минимум года работы в научных лабораториях во время резидентуры.

«С»: Какие медицинские специальности наиболее востребованы в США?

— Довольно привлекательной, по словам студентов, считается специальность дерматолога: болезни обычно не очень тяжелые, а зарплата высокая. Менее престижная — врач общего профиля. Но это вопрос интересов и склонностей будущего медика. Наиболее высокооплачиваемые специалисты — нейро- и кардиохирурги, пластические хирурги.

«С»: Американская медицина – платная. Сложно ли среднестатистическому американцу получить медицинскую страховку?

— В США медицинское страхование добровольное и почти полностью осуществляется работодателями. Но не все американские служащие получают такую страховку. Как правило, полисы гарантированы работникам госучреждений и относительно крупных частных компаний, которые оплачивают 3/4 или 4/5 страховки. Остальную часть оплачивает сам человек. Малые предприятия страховку не предоставляют. Но всем пенсионерам она дается автоматически государством.

«С»: Некоторые эксперты утверждают, что более 10 миллионов детей в США ее не имеют. Значит ли это, что они остаются без медицинской помощи?

— Мне об этом неизвестно. Вообще, каждый несовершеннолетний американец имеет право на бесплатную страховку — при условии, что родители ее оформили. Но многие взрослые себя этим не утруждают. Америка была и остается страной контрастов. Даже в Нью-Йорке в разных кварталах – разный уровень жизни. Зачастую несопоставимый друг с другом. А есть маленькие городишки, где даже проезжать на машине не хочется, не то, что жить – настолько ужасный упадок вокруг.

«С»: Сколько стоит один прием терапевта для тех, у кого нет страховки?

— В среднем, около 600 долларов. Анализы стоят еще больше. К примеру, анализ крови — 200–1000 долларов, в зависимости от цели исследования. Не думаю, что многие ходят на прием к терапевту или педиатру без страховки. В экстренных случаях обращаются в неотложную помощь, где примут без полиса, а счет за лечение пришлют на дом. Мне рассказывали, что перелом ноги пациенту без страховки обходится где-то в 20 тысяч долларов, и этот долг будет для него пожизненным грузом…

«С»: По расходам на медицину США находятся на первом месте в мире. Также лидируют по конфиденциальности и уважительному отношению к больным, удовлетворению их нужд. Но при этом американское здравоохранение занимает 37-е место в мире по уровню оказания медицинской помощи, 41-е — по уровню детской смертности (самый плохой показатель среди развитых стран), 45-е — по продолжительности жизни и 72-е — по общему уровню здоровья. Почему гигантские расходы государства на медицину в итоге себя не оправдывают?

— Сложный вопрос. В США наряду с большим числом мировых медицинских центров есть госпитали среднего уровня. Мне рассказывали, КАК лечат пациентов в нью-йоркских госпиталях, находящихся в неблагополучных районах города, пересказывать не хочется. С другой стороны, процент выхаживания глубоко недоношенных детей там гораздо выше, чем в развитых странах, и средства на их лечение выделяют немалые. Большое внимание уделяется инвалидам — как детям, так и взрослым, что также требует больших государственных затрат на их лечение, образование и трудоустройство. Так что, несмотря на приведенную вами статистику, не все так плохо.

«С»: Как вы считаете, система здравоохранения США – это бизнес или социальная поддержка населения?

— Вопрос очень интересный! США — это классическая капиталистическая страна. Медицина, наука, учеба являются здесь бизнесом, который частично оплачивается гражданами, а частично — государством. Сейчас власти пытаются усилить свою регулирующую роль в этих сферах жизни. В том числе, в вопросах социальной защиты населения, которая и без того довольно мощная. Многие семьи из поколения в поколение получают огромную материальную помощь, что, на мой взгляд, только развращает людей и лишает стимулов к работе и учебе. Но в СССР государство осуществляло намного больше социальных функций, поэтому и советская медицина была более эффективна, чем американская того периода. Наше здравоохранение имело множество преимуществ — скорая специализированная помощь, сеть поликлиник, профилактические осмотры, система медицинского образования. И самое важное – медицина была бесплатной в любой точке страны!

«С»: Российская система здравоохранения сегодня на распутье. Считается, что мы должны идти по пути Запада. Уже сейчас снижается срок пребывания пациента в больнице. В среднем, по задумкам чиновников, он не должен превышать восьми дней. При этом акцент смещается в сторону первичного звена – поликлиники, где и должен получать основную помощь больной. На ваш взгляд, мы идем тем путем?

— Не знаю. В американской больнице пациент проводит столько времени, сколько нужно для лечения. Не дай бог, если после выписки разовьются осложнения — больницу завалят судебными исками. Поэтому такие случаи очень редки. Главное — не срок пребывания в клинике, а качество и интенсивность лечения. В медицинской системе США четко организовано, что и когда нужно делать. К примеру, в каком возрасте проверить тот или иной орган на возможность заболевания. Еще один плюс — это прогресс в методах обследования. Как-то я столкнулся с ситуацией, когда у маленького пациента обнаружили шум в сердце. В советской медицине это считалось возрастной нормой, обычно не лечилось и детально не изучалось. Здесь у пациента провели генетический анализ, всю возможную ультразвуковую диагностику, обследовали его в течение двух лет, а потом пришли к тому же выводу: да, это был вариант развития детского организма!

«С»: Надеюсь, родители этого ребенка не поленились оформить ему страховку… А насколько сильно в США различается уровень медицинской помощи в крупных городах и провинции? Везде ли одинаково хорошо развита медицинская инфраструктура?

— Все зависит не от числа жителей, а от уровня научного медицинского центра населенного пункта. Инфраструктура же и организация в принципе везде одинакова.


Александр Сосунов с сыновьями и внуками

Политика

«С»: Следите ли вы за политической и общественной жизнью США?

— Да, но без фанатизма.

«С»: Куда, на ваш взгляд, ведет Америку Барак Обама?

— Думаю, в сторону усиления государственных институтов, но во что это выльется, трудно сказать.

«С»: Не считаете ли вы, что цивилизация массового потребления и ее главный лидер – США зашли в тупик?

— Как личность воспитанная и выросшая при социализме, не вижу ничего хорошего в философии общества потребления. Другое дело, является ли Америка, как и Западный мир только обществом потребления? Часто за красивым фасадом огромных магазинов не видна другая сторона жизни, которая на самом деле намного интереснее и важнее. Здесь огромное число музеев, картинных галерей, театров, концертных залов, которые постоянно заполнены народом. А какие в США библиотеки! Одно из первых ярких потрясений для меня на западе, еще в Германии, стали библиотеки, где разрешен свободный доступ к книгам. Ты можешь сам подойти к полкам, искать, рассматривать книги. В советских книжных храмах такое было немыслимо… Да, я читаю таких известных экономических прогнозистов, как Хазин, Фурсов, других экспертов, которые говорят о закате и дальнейшей гибели общества массового потребления. Многие пророчат конец Америки. Но я склонен надеяться на лучшее….

«С»: Некоторые российские эксперты утверждают, что выходом из этого тупика станет третья мировая война. В США озвучивается такое мнение?

— Не слышал и не читал.

«С»: Существует мнение, что Россия – это колония США, которые контролируют нашу политическую и экономическую системы. Заокеанские манипуляторы разрушают отечественные образование и СМИ, подавляют самосознание народа. В общем, не дают стране выйти из рабства…

— Такое я читал только в русской прессе и Интернете. Не думаю, что это мнение отражает действительность. В целом политика, особенно зарубежная, не особенно интересна американцам, так что такие вопросы просто не обсуждаются. Но мне не нравится полное очернение всего, что происходит в России. Причем у меня складывается впечатление, что в этом направлении намного «успешнее» действуют наши отечественные СМИ, а не американские. И это весьма печально…

«С»: Ну, если у рядовых американцев нет имперских замашек, это не значит, что они отсутствуют у местных политических элит. Такое ощущение, что кто-то целенаправленно разваливает и сами США. Например, только что американский Верховный суд признал закон о защите брака и семьи не соответствующим конституции и разрешил регистрацию однополых союзов. Подобная мина под устои традиционной семьи может привести к развалу традиционного общества…

— Не думаю. Еще студентом я прочитал «Происхождение семьи, частной собственности и государства» Энгельса. Меня поразило, что, по мнению автора, семья базируется не на чувствах, а на материальной основе. Так что устои традиционной «ячейки общества» подрываются уже много десятилетий! Выживет она или нет, покажет время. А закон об однополых браках, о котором вы говорите, касается очень маленькой части населения, и, думаю, не стоило тратить время и деньги налогоплательщиков на такую ерунду. Мне кажется, проблема гомосексуальных отношений раздута искусственно, особенно в России.

«С»: Вы регулярно отслеживаете российские новости?

— Да, в основном через Интернет. Хотя в США есть русскоязычные телепрограммы и газеты…

«С»: Знаете, что в Саранске прописался Жерар Депардье? Столица республики теперь стала европейским городом… Нет желания вернуться?

— Про Депардье читал (смеется – «С»). Очень хороший актер. Но на мой взгляд, вся ситуация в прессе как раз и есть показатель культурного уровня общества потребления. Вернуться в Саранск? Временно – да, навсегда — не знаю. Надо перемещаться туда, где есть возможность роста. Возвращаться к истокам можно и нужно, когда исчерпал свои силы и желания. А я хочу еще поработать. В Мордовии у меня много друзей, учеников… Сохраняются тесные контакты с Медицинским институтом МГУ им. Огарева. Одним словом, я не считаю себя полностью оторванным от родной республики.

Tags: Личный опыт
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments