June 18th, 2020

Всё таки как любят бывшие диссиденты - нынешние демократы и правозащитники, большевиков-коммунистов!

Недавно в юбилей ежовских репрессий мемориал открыли и скорбят вместе с президентом.

Казалось бы: одни террористы - тоталитаристы мочили других террористов - тоталитористов, врагов демократии и врагов самих демократов.
Радоваться надо, что враги убивают врагов! И жалеть, что мало их убили.
Но нет! Скорбят, что много большевиков сгубили.

Что это? Родственные чувства, идейное родство или что то другое?

Кстати: "Красный террор - это Ленин. Первые годы после революции. Так и называли в открытую - Красный террор.
А террор 37го года, это не Красный террор, а ежовщина.
Наши общечеловеки путают.


Поясняю: большим террором был красный терор 18-22 годы. Там убивали миллионами без суда и следствия. И без счёта. Кто угодно, кого угодно. А ежовшина это малый терор, а по сути никакой не массовый терор, а внутрикорпоративная кровавая разборка.

Опыт российской зоны в помощь белым пиндосам:

Чтобы не быть опущеным, надо стать чушком.

Тоесть, срать и ссать в штаны, измазаться говном по самую макушку и так ходить.

Тогда вас точно насиловать не будут, не будут бить и даже к вам прикасаться. Чтобы самому не зачуханиться о вас.
И вы получите небывалую власть в хате. Потому как сможете зачуханить кого угодно. Хоть вора. Навсегда. Просто обняв его.

Правда, есть придётся с пола и спать рядом с парашей и вас будут там периодически обоссывать опорожняющиеся. Но ведь вам это только наруку.

Это покажет амернеграм искреность раскаяния потомков белых рабовладельцев за тысячелетнее рабство.
И может, они отстанут.

О причинах этого явления рассказал Марио Пьюзо в романе "Крёстный отец".

Странная череда суицидов афроамериканцев продолжается



Он писал (Излагаю своими словами):
"Если убили полицейского или совершили с ним какую другую несправедливость, а фемида умыла руки по политическим или иным причинам, то полиция начинает вершить правосудие собственными силами:

Мужские родственники убийцы вешаются, травятся наркотиками, погибают в уличных дракакх.
Женщины вываливаются из окон, детей сбивают неизвестные автомобили.

И так пока полиция не насытится местью или все родственники убийцы не погибнут.
Полиция ведёт себя как взбунтовавшаяся армия, забывшая про приказы и субординацию.
Власти делают вид, что ничего не происходит.
Никому не хочестся попасть под каток мести озверевших полицейских"