June 27th, 2012

Никогда не отказывай себе в удовольствии совершить добрый поступок!

Как то раз в одну субботу мне удалось, потратив на это четыре часа и всего около 10 долларов на скайпе , сделать доброе дело: отвратить от преступной стези одного молодого телефонного мошенника.

Дело было так:

Ко мне пришло СМС, сообщающее о том, что мой сотовый будет заблокирован ввиду отсутствия денег на счету.

Пояснение: у меня несколько сотовых телефонов в БиЛайне на корпоративном тарифе с кредитной системой платежей. Тоесть, я рассчитываюсь вначале каждого месяца за результат предыдущего. Поэтому в середине месяца недоплаты быть не может в принципе. 
    Потом этот же мошенник попробовал выяснить у меня количество денег на телефонном счёте. При этом он не смог скрыть номер сотового, с которого он посылал СМС. Я для начала позвонил по этому номеру и мне ответил молодой мужской голос от имени оператора БиЛийна, что таки да: денег на моём счету нет. Тогда я связался уже по стационарному телефону с местным Билайном и уточнил: денег, естественно, не было, потому что система оплаты кредитная, но так и должно быть. Телефоны никто блокировать не собирается.

Вот она, возможность совершить добрый поступок! - воскликнул я и через Скайп с компа позвонил тому молодому человеку на сотовый. Сотовый оказался в Москве. Разница по времени с Камчаткой 8 часов. У молодого телефонного мошенника было около 4х утра.

Я его начал расспрашивать, как он дошёл до жизни такой и что толкнуло его на стезю телефонных преступлений? Он бросал трубку. Я опять звонил. Когда он не брал трубку, я не отключал вызов, блокируя его телефон. Пока не ответит. Он даже телефон отключал! (Но потом опять включал. Видимо, не мог с отключённым телефоном). А я всё звонил…Мошенник в конце концов начал отвечать. Вначале он ушёл в глухую несознанку: типа я не я и знать ничего не знаю. Но с помощью жены с музыкальным слухом я разоблачил обманщика, доказав, что голос, разговаривающий со мной от имене БиЛайна, принадлежит ему.

 Тогда негодяй стал мне угрожать, что если я буду ему надоедать, (Вот она, благодарность за добрые поступки: я, оказывается, ему надоедал!) то он сделает переадресацию звонка на сотовый начальника милиции. Я его попросил этого ни в коем случае не делать, чтобы не беспокоить зря доброго человека, а лучше сразу наладить переадресацию на телефон дежурного по управлению «К» или «Р» МВД. Уж очень мне хотелось поговорить со знающими людьми по поводу телефонного мошенничества! Но молодой человек почему то так и не переадресовал мои звонки, как обещал. Чем сильно разочаровал меня.

Где то на десятый отвеченный звонок молодой человек сообщил, что зовут его Федя.

Где то ещё звонков через 20 я убедил Федю, что он глупый. Федя вначале ершился, а потом под давлением моей неопровержимой логики вынужден был согласиться со мной.

Ещё звонков 20 я потратил на то, чтобы убедить Федю, что такому глупому человеку, как он, ни в коем случае нельзя идти в мошенники, а нужно усердно учиться и учиться, чтобы потом успешно работать на благо общества. В конце концов Федя вынужден был и в этом случае признать мою правоту.

После этого я стал  умолять Федю со всем христианским смирением поклясться мне, что он никогда, никогда больше не станет на путь преступлений. Вначале Федю корёжили бесы и он всячески противился моим увещеваниям. Но где то через час начал клясться, что больше ни в жисть!

Вначале у него эти клятвы получались какими то неискренними, какими то неубедительными. Но где то на тридцатом звонке он таки с искренним рвением раскаявшегося грешника поклялся мне, что кончательно встал на путь исправлений.

Я ему верю!

В Феде ещё не умерла божья искра! В глубине души он честный и чистый молодой человек!

Федюня!

Привет!

Как ты там без моего кроткого увещевания?

Ещё не соскучился? Всё так же твёрд в намерении порвать с преступным прошлым?
   Если есть душевная потребность укрепиться на пути добродетели - звони.
   (Или шли СМС.)

    Это реклама Скайпа, если чо.

Чем и кому повредила ювенальная истерия. Или о вреде интернета для бешенных болотных мамок.

Известный адвокат, специализирующийся на семейном праве осторожно анализирует недавний визит органов опеки к одной малоизвестной болотной активистке, ставший очередным поводом для антиювенальной истерии.

Отсюда: Случай Бароновой. Другими глазами

 

“Подчеркну, что я пишу сейчас не про Машу Баронову. Не по той причине, что не могу про неё написать. Просто потому, что сам я участником событий не был, и судить о том, что и как — могу лишь понаслышке. Итак, совпадения — случайны, все события являются вымышленными.

Жила-была в Южном Тушино в Москве женщина Мария. Мама. Жила-была и случилось ей заняться оппозиционной деятельностью.

...

И днём в понедельник раздаётся звонок в дверь квартиры Марии: органы, говорят, опеки. Вежливо довольно говорят, не кричат, не ломятся в дверь, просто звонят.

Мария — что сделала? Разумеется, испугалась. А вы бы не испугались? И вы бы испугались. Это вам не обыск, это (потенциально) за вашим ребенком пришли. Мария испугалась. До истерики, наверное, испугалась. Написала в твиттер, написала в ЖЖ — получила реальный ответ: не открывать дверь. Женщины из опеки ушли.

Но Мария (повторюсь) испугалась. И поэтому (вероятно, из-за излишнего возбуждения этой ситуацией) открыла дверь и что-то там вслед тётям из опеки прокричала. (Угрожала! Наверняка обещала затравить их через интернет.) Эмоционально. «Как я умею», — пишет в жж.

Теперь уже испугались женщины из опеки: говорят, Мария вышла на них покричать в маске (кремом на лице). Ну и слова страшные: газета, прокуратура…

Потом Мария позвонила в орган опеки. И сказала: нет, вы всё-таки приходите.

И снова отправились тётушки из опеки в дом Марии. Им показали аккуратный дом, комнату ребенка, книжки, рассказали, что ребенок ходит в два (зачем в два?) детских сада, а отец ребенка живет отдельно, и ребенок сейчас на даче… Это то, что услышали сотрудники опеки.

Мария излагает эту историю по-другому эмоционально окрашено, но суть — та же, вопросы — те же, отличается только реакция сотрудников, или реакция на эту реакцию.

Потом Мария вспомнила, что не переписала фамилии сотрудников органов опеки и стала требовать удостоверения. Они же их (вроде) уже показывали, и не хотели показывать второй раз. Я не знаю, как там дальше, но Мария закрыла дверь и не выпускала их из дома.

Мария сама про закрывание двери и не выпускание ничего не пишет. Как было — не знаю. И вообще, про те слова, которые стороны друг другу наговорили — можно долго обсуждать, но все это будет вопрос веры. Верите ли вы в одну версию, или в другую. Или ни во что не верите (что правильно — скорее всего, приукрашивают обе стороны), но смотрите на некие объективно известные обстоятельства.

Результат: орган опеки бомбардируется телефонными хулиганами, которые звонят и, как шестиклассники, ругаются матерными и не очень словами в трубку. Интернет ощетинился фотографиями членов семей сотрудниц органа опеки, и те, реально, просто боятся.

Акт обследования (насколько известно мне) «хороший», то есть просто описано всё то, что вы видели на фотографиях Марии и знаете с её слов. То есть в этой части заявление соседа (я знаю его фамилию) не подтверждается.

Однако, Мария его фамилию не знает. И заявления его не видела. И акта обследования на руки не получила.

А надо бы. Надо бы прийти в орган опеки (самому или прислать представителя с доверенностью) и получить и акт, и копию заявления соседа — и разбираться уже с соседом.

Я не знаю, что это за человек, и почему на Марию написал кляузу. Соседи — это отдельный вид людей. Кто ж знает, что ваша привычка ходить в туалет босиком по полу в 2 часа ночи бесит его больше, чем его же «сигналка» на авто, которая будит весь дом?

А тем более, если вы живёте на одной лестничной клетке…

Что делать?

1. Получать акт (он, похоже, уже готов), копию обращения соседа.

2. Решать, что делать дальше с этим всем богатством.

Если это клевета — в суд.

Что до органов опеки, то в данном конкретном случае я думаю, что если их и «использовали», то в тёмную”.

Причём, скорее всего не пресловутая кроваваягебня, которая непременно довела бы дело до конца, а скорее всего как раз болотники с целью медийного эффекта. Только им выгоден бессмысленный для властей пиар дурацкой истории одной бешенной болотной мамки.

Что произошло?

Кто-то написал анонимку, что болотница мучает своё чадо. И угрожает его, чада, жизни и здоровью путём намерения выбросить вышеуказанное чадо с балкона  15го этажа.

По инструкции органы опеки обязаны проверить сигнал. Они и пришли с проверкой. Начитавшаяся своей френд-ленты баба устроила истерику в интернете с просьбой дать совет, как ей победить свирепую гэбню в лице ювенальной юстиции. Не дождавшись результатов проверки и даже не открыв дверь. (Чем то напоминает известную историю, когда другая бешенная мамка лечила свою умирающую дочь советами из интернета. Которые состояли в основном в том, чтобы не верить путинским медикам в сранойрашке и ни в коем случае не вести её в больницу. Дочка благополучно скончалась без медицинской помощи от запущенной пневмонии у дуры на дому. Дура утешилась тем, что описала в интернете процесс медленного умирания своего ребёнка от произвола кровавых медвепутов в сранойрашке.)

Впоследствии вышеуказанная болотная баба, видимо, посоветовавшись с адвокатами, таки пригласила опеку в квартиру. Опека дала вполне благоприятное заключение о состоянии квартиры болотной психопатки и состоянии её чада. Тоесть, признала анонимку необоснованной. Просто тётки выполнили свою работу и ушли.

Но истерика в интернете сделала своё дело. Тёток с опеки стали преследовать. Их адреса каким то образом сделались всеобщим достоянием. Что в свою очередь может стать основанием для уголовного дела. Опять же против бешенной мамки. Угрожала ведь!

Теперь понятно, для чего медийная пятая колонна раздувает истерию против фантома ювенальной юстиции?